+38 (067) 829-6203+38 (050) 446-7069
меню
toggle menu

Близница и Петрос

Близница — гора на юго-запад от села Ясиня.

Вершина ее — широкая долина. Летом здесь пасется скот, а зимой по обледенелым, осыпающимся снегом отрогах свирепствуют ветры, непрестанно гудит вьюга.

Напротив Близнецы — гора Петрос. Об этих горах такое поведают.

Многие сотни лет назад на высокой горе в глубокой норе жил Страхопуд. Он и на человека, и на зверей был подобный. Председатель имел голову человеческую, но огромную, как в здоровенного быка. Рот — как у медведя. Тело его было заросшее шерстью.

Ходило это чудовище и на четырех, и на двух ногах. Вылезет из своей глубокой норы, спустится близко к селу, сядет на груночку и посматривает на людей. А когда проголодается, так заревет, что земля вздрагивает, деревья дрожат, листья с них опадают. От такого голоса люди убегали, прятались, чтобы их пугало не видело.

А Страхопуд ревел и ревел: — Я го-о-ло-о-ден! ..

Так требовал новую жертву.

Каждые пятые сутки люди села поочередно отдавали ему овцу, теленка или жеребенка, а когда ни овец, ни телят, ни жеребят не осталось — волов, коров, лошадей. Пришлось, потому что когда бы не дали, то, не дай бог, Страхопуд мог целое село передавить.

Скоро пора, когда в общине осталась единственная корова, а Страхопуд снова ждет на своем груночку. Посматривал, посматривал на людей, а потом голод почувствовал, заревел:

— Я го-о-ло-о-ден! ..

Вздрогнули люди от того голоса, но должны были действовать? Отвели на грунок последнюю корову.

Через сутки Страхопуд снова спустился в село и потребовал жертвы. Но люди не имели что ему дать.

Жили в селе сироты-близнецы, мальчик и девочка. Мать давно умерла, отец тоже. Дети от дома к дому ходили и еле выживали у людей.

Узнали близнецы, в селе нет ни одного животного и ничего Страхопуду даты. Чтобы спасти село от бедствия, дети решили пойти к пугалу сами. Сначала пойдет мальчик, а потом девочка.

И пока люди думали, как быть, тронулся мальчик (а звали его Петром) до того места, на котором ежедневно выжидал жертву Страхопуд.

А девочка-сестричка жалобно смотрела вслед братику, и очень стало ей жалко его. Сорвалась с места и побежала.

— Петя-у-у! — Кликала.- Вернись!

Не возвращался Петрик, шел дальше. Побежала девочка ему наперерез, ухватилась за него:

— Я пойду, Петя, первой, — просила. — Потому что легче мне самой умирать, чем твою смерть пережить.

Пробовал Петрик прекословить, а девочка так умоляла, что он не в силах дальше сопротивляться. Сказал ей:

— Ладно, иди. Только заговаривай его, пока можешь, а я что-то придумаю.

Пошла девочка, а Страхопуд только ее увидел, сейчас перестал реветь. Очень обрадовало его, что наконец полакомится человеческой кровью.

Девочка вежливо поздоровалась, и это понравилось Страхопуду. Не съел ее сразу, а приказал идти тропой, которую вытоптал к своей норе.

Но и в нору Страхопуд не пошел, а повел девочку в гору. Хотел полюбоваться своей жертвой.

На самой вершине горы чудовище легло на землю, чтобы погреться на солнце, потому что в тот день оно щедро жгло.

Девочке сказал стать на огромную поросшую мхом глыбу и смотреть на него.

Вылезла девочка на камень, но смотреть на великана не могла. Его большие глазищи заплывали кровью, а все тело было такое противное и страшное, что рассказать нельзя.

«Чтобы быстрее съел меня и не мучил», — только и думала девочка.

А чудовище не спешило, сначала приказало ей спеть.

От страха девочка не могла произнести ни слова. Но вспомнила, что Петрик приказал заговаривать пугало, и как-то с бедой запела. А грустно-грустно, потому что сердце не могло иначе.

— Нет, веселее, — потребовал Страхопуд.

И веселее песни у девочки не вышло. Тогда разозлился Страхопуд, разгреб ногтями землю, сорвался на две ноги и приблизился к своей жертве, протягивая длинные лапы. Девочка от испуга вниз упала на землю и молча ждала смерти.

Уже слышала над самой головой тяжелое дыхание, когда его рассек странный свист … И вдруг неистово заревел великан, закрутился на месте. Опять что-то засвистело в воздухе, и еще страшнее заревел Страхопуд.

Девочка со страхом подняла голову, потому что не понимала, что произошло.

Пугало крутилось на месте, ревело, а с обоих его глаз торчали стрелы и лилась кровь.

И снова в воздухе свист, и стрелы одна за другой втыкались в тело чудовища, пока не свалился Страхопуд тяжелым своим туловищем на землю.

Был собой по земле и стонал так, как стонут небо и земля, и леса в большую бурю. Уже немного пришла в себя девочка, глянула в ту сторону, откуда летели стрелы, и напротив, немного ниже, увидела братика Петю. Так он пускал стрелы в чудовище из самодельного лука.

А тем временем чудовище так ударило собой, что достигло девочку.

Еще одну стрелу пустил Петрик, и Страхопуд упал замертво. Бросился тогда братец к своей сестренке, бежал, бежал, совершенно задыхался, а когда добежал, понял, что сестренка мертва.

Горько мальчик, горько зарыдал, и так ему стало одиноко на свете, так тяжело, что с горя умер.

Пришли люди, великана-злодея на куски изрубили и сожгли в пепел, чтобы и следа не стало,

А детей-близнецов оплакали по обычаю горному и в сырую землю похоронили. Горы в память о них назвали: одну — Петрос, — из которой парень стрелы пускал, а другую, на которой стояла его сестричка, — Близница.