+38 (067) 829-6203+38 (050) 446-7069
меню
toggle menu

Как возникли Карпаты

Когда-то на нашей земле была огромная равнина, конца края которой не было видно. Равнина зеленела шелковыми травами, вечнозелеными елями, могучими буками и яворами, берестом и тополями, долиной текли ручейки и реки, богатые на рыбу. Владельцем долины был великан по имени Силун. Когда шел Силун, от его шага земля вздрагивала. Рассказывают, что Силун хорошо знал толк в хозяйстве. Имел множество всякого скота. Стада коров и быков, овец, табуны лошадей, стада буйволов и свиней паслись на толоках, бродили лесами. А птицы! Тысячи уток и гусей плавали в прудах, много кур кудахтала на фермах. Жил этот хозяин в прекрасном дворце: из белого мрамора, с высокими шпилями, которые достигали до самых облаков. Дворец был выстроен на груночку, насыпанном человеческими руками. Было там столько комнат, что легко можно было заблудиться!
Ночью Силун спал в золотой колыбели. А днем ​​привык отдыхать в серебряной кресле. На широкой долине слуги землю обрабатывали, хлеб выращивали, за скотом присматривали, птицу кормили. Люди мучились, от зари до зари трудились, богатство умножали, но не себе, а Силуну.
Слуги и служанки жили не во дворце, а далеко от него, в деревянных срубах и землянках. Не хотел хозяин, чтобы в комнатах пахло навозом или человеческим потом.
Ни мужчины, ни женщины, ни пожилые, ни молодежь не смели покидать имение Силуна и идти себе искать другую работу. Пришлось жить и умирать крепостными.
Между этой челяди служил у Силуна один парень по имени Карп Днепровский, что пришел сюда от берегов Днепра. Он отправился в путешествие еще десятилетним мальчиком: искать счастья, потому что отец умер, а мать жила бедно, и должен был ей чем-то помочь.
Служил Карп год, другой, пятый. Как и все, косил траву, пахал и сеял пшеницу и рожь, ячмень и овес, собирал хлеб.
Не только за себя работал, но и другим помогал, ибо жалел слабых. Полюбили его все слуги и служанки. За честность, трудолюбие, справедливость. Карп ненавидел тех, кто господину очень низко кланялся, до самых ног наклонялся. Тяжело ему было смотреть, как Силун все забирает, а народ голодает.
Когда Карпу исполнилось от рода двадцать лет, решил домой возвращаться. Был уверен, что за хорошую работу господин ему заплатит, и он, Карп, вернется к матери не с пустыми руками. И только об этом теперь и думал. Все думал, как с господином поговорить о расчете.
Однажды ночью он вышел во двор освежиться. Проходил у наймытских избушек и увидел вдруг какую-то тень. Скоро узнал Силуна. Тот шел посмотреть, как скот ночует, все ли в порядке. Карп подумал, что самое время поговорить с господином.
Когда Силун приблизился карпо дал о себе знать кашлем.
— Почему ты здесь, Карп? — Сказал Силун, узнав парня. — Девушку выглядываешь?
— Не девушку, — отвечает Карп, — а вас, светлый господин. Должен с вами поговорить. Служил я вам долго и честно, и должен домой возвращаться, чтобы матушку живой застать … Плату за службу хочу попросить.
Силун сначала подумал, что слуга шутит, потому что до сих пор никто не решался на то, чтобы проситься прочь от него. И платы никто не требовал. Но Карп не думал отступать:
— Я честно служил, светлый господин. И моя работа, думаю, что-то стоит.
— Никуда не пойдешь! — разозлился пан. — Это уже я знаю, когда и куда мои слуги должны ходить.
— Я пойду, господин, — настаивал Карп. — Только еще раз вам должен сказать, что моя работа чего-то стоит.
Это была неслыханная дерзость, которой господин простить не мог.
— Туда, под землю, тебя отпущу! — Злился он, показывая пальцем вниз и приступая к парню. — Там будет твоя плата.
И парень не отступил ни на шаг.
— За мою работу, пан, придется платить, — еще раз напомнил, будто и не слышал панской угрозы. Этот ответ еще больше разозлил Силуна, тот вскипел так, что глаза кровью налились, а изо рта огонь сопнул. Схватил он Карпа своими сильными руками, поднял и ударил им о землю. Ударил так, что яма сделалась.
Но слуге ничего не произошло, встал и почувствовал в себе непобедимую силу, — это, пожалуй, землица ему подарила за то, что делал на ней. Схватил Карп Силуна, ударил им о землю, затем еще раз и еще раз, не выдержала матушка-землица тех ударов, раскололась. И оказался Силун в подземной пещере, в которую думал загнать непокорного слугу. Напрасно он хотел выбраться на поверхность — земля закрылась, и нельзя было найти ни одной щелочки. Тогда удался Силун в свои силы. Ударил ногой в земную кору — она ​​выгнулась, и не открылась, ударил второй — выгнулась еще больше, а открыться не хочет. Пробовал головой пробивать, плечами втискивать — бесполезно, кулаками бил — тоже не помогло. Но от его ударов на земле равной гора за горой делалась, и чем сильнее бросал собой Силун-великан, тем выше горы поднимались вокруг. А больше всего бил собой там, где Гуцульщина, и там горы выгнались высокие.
Утром как проснулись наймыты и увидели, что произошло, очень удивились. Вокруг — горы, а там, где был дворец, ничего не осталось, все провалилось в пропасть. Вдруг из-под земли ударила вода, заполнила ту пропасть. Удивлялись люди, а скоро собрались на большой совет: как дальше быть, как жить. Решили в этом крае остаться. Озеро назвали Синевирским, потому что было синее-синее, как небо. А горам в честь Карпа дали имя Карпаты.
Люди зажили по-новому. Одни остались на равнине, другие подались в горы. Пахали, сеяли, хлеб выращивали, скот ухаживали. Научились леса рубить, дома строить.
Говорят, что Силун еще и теперь не утих под землей, пытается вырваться, но уже не выбрасывает горы, так постарел и мощи таковой не имеет. Уже не вырваться ему на поверхность никогда!